В 52 года Яна уже не могла нормально держать ложку. Правая рука начала отказывать, речь становилась нечёткой, ухудшалась память. Врачи говорили о тяжёлом поражении нервной системы, а привычная жизнь постепенно разрушалась.
Через год после начала клеточной терапии МРТ впервые не показало ухудшения.
Мы хотим рассказать вам не волшебную историю полного исцеления абстрактного пациента, а историю одного удивительного человека, который стал частью семьи Гемафонда.
В 2008 году Яна Валерьевна пришла работать в Гемафонд консультантом. Позже она возглавила клиентский отдел и стала человеком, к которому обращались в самых сложных ситуациях: организация лечения, транспортировка биоматериалов, нестандартные запросы клиентов, сложные договоры.
Она умела поддерживать людей даже в самые тяжёлые моменты.
Но главным в жизни Яны всегда была семья: муж, две дочери, а позже — долгожданная внучка.
Когда младшая дочь забеременела, решение о сохранении пуповинной крови и ткани пуповины приняли сразу. Тогда никто даже не думал, что эти клетки могут понадобиться самой Яне.
Проблемы со здоровьем начинались постепенно.
Сначала — обширный инфаркт, стентирование, длительная реабилитация. Потом — сахарный диабет, постоянные лекарства, строгая диета, контроль образа жизни.
А позже появились симптомы, которые пугали всё больше:
- слабость в правой руке
- проблемы с координацией
- нарушение речи
- бессонница
- ухудшение памяти
Обследования показали значительное поражение белого вещества головного и спинного мозга. Звучали тяжёлые диагнозы: рассеянный склероз, энцефалопатия III степени, подозрение на БАС.
Два года стандартного лечения не дали стабильного результата. Состояние постепенно ухудшалось.
В 2020 году Яна поняла, что больше не может нормально работать. Ей стало тяжело даже разговаривать по телефону с клиентами. Пришлось уйти с работы и отказаться от любимого хобби — скрапбукинга, который требовал точной координации движений. Именно тогда семья вспомнила о сохранённых клетках внучки.
Для лечения использовали мезенхимальные стромальные клетки (МСК), полученные из ткани пуповины. Из трёх криопробирок удалось получить две терапевтические дозы клеток, а часть материала оставили для дальнейших применений.
Целью терапии не было “вылечить” нейродегенеративное заболевание. Врачи пытались уменьшить нейровоспаление, поддержать нервную ткань и замедлить потерю функций.
Первые изменения появились через несколько месяцев. Яна смогла вернуться к скрапбукингу. Улучшилась работа руки. Восстановилась речь. Уменьшились проблемы с координацией.
Через шесть месяцев клеточную терапию повторили, совместив МСК пуповины с небольшим количеством клеток пуповинной крови.
«Для меня самое важное — снова иметь возможность нормально жить, — рассказывает Яна. — Читать сказки внучке, держать её на руках, заниматься любимым делом, помнить простые вещи и свободно общаться с родными. Я не знаю, насколько надолго удастся остановить болезнь. Но даже несколько лет полноценной жизни — это уже огромный подарок».
Через год после первого применения МРТ впервые не показало отрицательной динамики. Улучшился сон, уменьшилась шаткость походки, значительно восстановились речь и память.
Врачи не планировали повторное лечение в ближайшее время, поскольку процесс удалось стабилизировать. Сейчас Яна занимается с реабилитологом, старается больше двигаться и получает стандартную поддерживающую терапию.
Означает ли это, что стволовые клетки являются панацеей? Нет.
Клеточная терапия не гарантирует чуда. Она может не сработать. Но иногда она даёт то, чего не могут дать стандартные протоколы — дополнительное время, сохранение функций и возможность жить полноценнее.
Учёные и врачи-новаторы ищут новые методы и новые индивидуальные подходы и всё больше делают ставку на персонализированную медицину, частью которой является и клеточная терапия.
Конечно, пуповинная кровь и мезенхимальные стромальные клетки — это не волшебная таблетка, не вечный двигатель и не молодильные яблоки. Это ещё один дополнительный шанс на выздоровление или улучшение качества жизни. Дополнительный запас иммунитета и самых молодых и активных стволовых клеток. Подобных тем стволовым клеткам, которые постоянно работают в каждом из нас и которые просто изменяются и ослабевают с возрастом.